ТЕЛЕСТУДИЯ LEONARUS

Гости:Егор Гайдар
Ведущие:Алексей Венедиктов
Передача:Кредит доверия
А. ВЕНЕДИКТОВ: Я задам вопрос, который довольно часто задают достаточно злорадно наши слушатели и некоторые наши гости. Даже не вопрос, а утверждение. «Что, капитализму капут?»

Е. ГАЙДАР: Нет. Тот процесс беспрецедентного ускорения экономического роста, который мы наблюдаем в мире на протяжении последних, примерно, двухсот лет, неразрывно связан с формированием нового набора институтов, которые и получили название «капитализм». Этот набор институтов меняется. Капитализм в том виде, в котором он существовал в начале 19-го века, имеет не так уж много общего с капитализмом в том виде, который имеется в начале 21-го века. Но это и позитивное свойство капитализма. Он адаптируется к новому вызову. Он встречается с вызовом, с довольно тяжелым кризисом, как тот, который сегодня переживает мировая экономика. Но он просто адаптируется к этим кризисам.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Очень многие упрекают Вас, Егор, что в свое время, в начале 90-х, было это или нет, я уже не упомню, но Вы скажете. Вы и Ваши коллеги говорили, что рынок саморегулируется и всё расставит на свои места. И это свободное предпринимательство, резкое сокращение роли государства. И наступит счастье, изобилие.

Е. ГАЙДАР: Вы знаете, про меня и моих коллег существует масса легенд. Мы никогда не говорили, например я, что рынок всё расставит на свои места, что никакого государственного регулирования не нужно. Мы начали свою работу с создания набора отсутствующих к тому времени, после краха Советского Союза, советской экономики таких систем, как система таможни на российских, а не на советских границах. ЦБ России, который контролирует денежные обращения на российской территории. Нет, у нас не было здесь иллюзий, что рынок всё всегда, навсегда расставит по местам. Да, рынок – мощнейший инструмент, хорошо функционирующий рынок – очень мощный инструмент экономического роста. Но рынок, конечно, нуждается в регулировании.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Вот этот кризис, который мы сейчас наблюдаем, он показал, что государственное регулирование недостаточно в постиндустриальных странах.

Е. ГАЙДАР: Он показал, что да, приоритеты государственного регулирования были неточно выстроены. Было очень много совершенно ненужного государственного регулирования аграрного сектора, например, которое вредило развитию мирового сельского хозяйство и было одним из факторов, который привел к продовольственному кризису последних двух лет, который нанёс серьёзный удар по экономике многих бедных стран, в том числе в Африке, к югу от Сахары.

Были сектора, которые были, действительно, недостаточно регулируемыми. Когда речь идёт о деривативах, [ред. derivative security — производная ценная бумага (стоимость которой частично определяется стоимостью другой, основной ценной бумаги) derivative deposit — производный депозит] производных финансовых инструментах четвёртой степени, то специалисты на рынке уже не понимают, что это значит. В этой связи, конечно, финансовый рынок был недостаточно урегулированным.

А. ВЕНЕДИКТОВ: И вот как раз к этому вопросу. То, что сейчас делают правительства разных стран, направления одинаковые, включая Россию, скупка или покупки банков, скрытая национализация, а может быть, она открытая национализация, от Исландии до США. Это свидетельство того, что государства капиталистические осознали то, что им нужно более активно присутствовать на рынке?

Е. ГАЙДАР: Нет. Это реакция на кризис. В условиях финансового кризиса в мире ключевой вопрос – это устойчивость банковской системы. Так и в Штатах, и в Европе, и у нас. Это не вопрос стратегии, кого там наказывают потом, на кого заводить уголовные дела из тех руководителей банков, которые неэффективно управляли своими активами. Это тот вопрос, который надо обсуждать потом. Сейчас принципиально важная задача – избежать банковской паники. И американские власти, и европейские, и российские, делают то, что могут делать для того, чтобы этого избежать. И думаю, что с некоторыми ошибками, которые есть, они эту задачу решат.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Но не является ли под покровом этой истории и в Америке, и в Европе, и у нас, вопрос о перераспределении собственности в банковской системе? В пользу государства, может быть, но и в пользу, т.е. друзей государства. Разных.

Е. ГАЙДАР: Этот риск существует. Его надо понимать. Потому, что когда и если ты вынужден просто из-за ошибок, которые уже совершены, ты должен сделать всё возможное и невозможное, чтобы спасти банковскую систему, её стабильность, то возникает вопрос – а что ты с этим будешь делать потом? И самое неразумное из того, что можно сделать потом – это начать передел банковской системы в пользу друзей государства или самого государства. Потому, что после этого получишь увечную банковскую систему, которая достаточно быстро даст тебе ещё одну вспышку кризиса.